В Linux 7.2 добили NEON-ускоренный CRC64-NVMe так, чтобы он работал не только на ARM64, но и на старом 32-битном ARM. Раньше это был заметный боттлнек в NVMe и других кусках storage-кода; на ARM64 ускорение давало примерно 6x, так что теперь и древним платам перепадёт немного скорости вместо чистого страдания.
Cloudflare пишет про SOCKMAP — механизм, который позволяет делать TCP splicing почти без лишних копирований данных между сокетами. Это как раз тот случай, когда в ядре Linux ковыряются не ради красоты, а чтобы меньше жечь CPU на проксировании и побыстрее гонять пакеты.
Broadcom двигает работу над VMware на Linux в сторону zero-copy buffer sharing между VM и host hypervisor. Если идея доживёт до продакшена, это должно убрать лишние копирования и дать выигрыш по производительности в виртуализации — то есть классический «меньше двигаем байты, меньше страдаем».
Phoronix откопал GIMP 0.54 — ту самую версию ещё на Motif, последнюю до GTK-эпохи. Её завернули в Flatpak, чтобы она запускалась на современных Linux-десктопах, так что теперь можно ностальгировать не только по интерфейсу 90-х, но и по их UX-решениям.
Waxy разбирает историю про «Wholesale Plagiarism of Obscure Sorrows», где речь идёт не о литературном плагиате, а о довольно приземлённой цифровой краже. В центре — массовое переиспользование чужого кода и артефактов, которые всплывают через npm/GitHub-экосистему; именно такие сюжеты обычно и показывают, как быстро копипаста превращается в supply-chain головную боль.
SMPTE убрала платный доступ к своей библиотеке стандартов и сделала их свободно доступными. Для медиа-техно-сцены это значит, что теперь можно не гадать по платным PDF, а нормально читать первоисточник — редкий случай, когда бюрократия хотя бы немного отступила.
Ars Technica пишет, что в UK собираются использовать face scanning для возрастной проверки asylum-seekers, несмотря на известные проблемы технологии. В статье отдельно подчёркивают риск «life-altering errors» — то есть когда алгоритм ошибается не в рекомендациях фильмов, а в решениях, влияющих на жизнь человека.
BBC Future рассказывает про финские библиотеки, где можно взять в аренду швейную машинку вместо очередного романа. Выглядит как тот редкий случай, когда общественная инфраструктура реально расширяет список того, что можно «пойти и одолжить», не покупая это на один вечер.
На Habr автор продолжает историю TernML — модели с весами {-1, 0, +1}, которая раньше показывала 96.15% на MNIST при размере 15 КБ. Теперь проект переродился в «нейросеть за 50 центов», и вся интрига уже не в слове AI, а в том, как далеко можно уехать на тернарной арифметике без FPU.
Ещё один Habr-пост из того же цикла: автор прямо пишет про «четыре грабли, один вихрь» и 60% на CIFAR-10 с M0+. Это уже не маркетинговый рассказ про умный ИИ, а заметки о том, что именно ломалось, как чинили и почему результат получился именно таким.
Habr-статья разбирает корпоративное обучение без привычной презентационной мишуры: обучение вроде бы проводят, но поведение и результаты сотрудников не меняются. Авторы ссылаются на исследование Сберуниверситета и приводят цифру, что только 42% участников вообще измеряют влияние обучения на результаты — то есть половина процесса живёт в тумане.
Пост на Waxy с очень конкретным уклоном в разбор того, как чужие тексты и идеи расползаются по сети, пока никто не замечает. Судя по обсуждению на Hacker News, тема задела многих: не абстрактный «контент», а вполне осязаемая история про плагиат, следы в интернете и то, как это всё потом индексируется и размазывается по копиям.
SMPTE фактически сняла платный барьер со своей стандартной документации и открыла её для глобального сообщества media technology. Для инженеров это приятный момент: меньше «стандарт существует, но прочитать его можно только за деньги», больше шансов, что люди вообще будут следовать одному и тому же тексту.
Ars Technica напоминает: face age verification может ошибаться так, что последствия уже не шутка про «не тот фильтр». Британские власти всё равно собираются применять её к просителям убежища, и это тот самый момент, когда технический долг внезапно становится юридическим и человеческим.